Дахаб — другой Египет
Дахабские новости
Полезная информация
Карта Дахаба
Дайвинг и сафари
Курсы PADI в Дахабе
Всё для дайвинга
Экскурсии из Дахаба
Отели Дахаба
Дайвинг страхование
Дахабский прайс-лист
Фото из Дахаба
Синайские хроники
Контакты
Наши френды
Фотографии из Дахаба

Голосовать за наш сайт на DiveLIST

"У С Т А В Ш И Е"


Ранняя весна, поют прилетевшие скворцы, строят гнезда в постаревших, от времени скворечниках, непривычно теплая весна, такой ещё не было на моей памяти. В Подмосковье теплый воздух обосновался прочно, как будто присланный с Синая и ненадолго осевший в наших краях. Пора побелить яблони и прочие плодоносящие растения, а то, не дай божок, обгорят на весеннем солнце. Мне не до того. Тупо брожу вокруг загородного домика, не понимая с чего же начать? Столько нужно сделать, а с чего всё же начать…
Да! Одному нелегко принять правильное решение. Домик продрог от непонятной зимы, и просит: «Протопи меня, я весь дрожу.» Набираю охапку подсохших дров, и начинаю топить. Печь разгорается медленно, будто думает: «Вот гад! Не приезжал всю зиму, а теперь вот тебе! Не буду топиться, вот так тебе, назло!»
Но ведь человек не печь. После нескольких попыток, венец всего живого берет верх, и кирпич покорно подчиняется чирканью спичек. «Нагрею как следует, потом буду красить, красным таким цветом. Специальный краситель есть, кисть малярная тоже, остается только ждать», - подумал я и вышел во двор.
Виталий Бианки, наш отечественный классик вспоминается всякий раз, когда наступает весна, как там у него – «воздух наполнен непривычным смыслом, природа просыпается, вот прогремит первая гроза…» - и так далее, да, уж, ёмко сказано.
Печка уже с десяток лет стоит и приносит радость, отдавая людям тепло своих кирпичей с прослойкой шамотной глины.
Готовлюсь к основному таинству. «Пинотекс» красного цвета плещется в металлическом ведре.
Ну, - думаю, - начну. Слава богу, Ольга не увидит, какую грязь я здесь разведу.
На удивленье, работа спорится, печь с каждой минутой обретает новые очертания, и даже становится совершенно иной. Жизнь становится веселее.
Двенадцать ночи. Работа практически окончена, можно насладиться творением, и перекусить, а также накатить полтинник.
Вонь страшная.
Звонит телефон.
Сквозь бульканье и скрип, создаваемые спутником, понимаю, звонок издалека. В трубке голос Друга.
- Юр-а-а-а.., здравствуй.
- Привет Принц, как дела?
Спутник на секунду входит в зону условного приема.
- Да нормально, налаживаю новое оборудование, домой прихожу поздно, да просто ночую в дайвцентре!
- А я печку покрасил в красный цвет, а дверки топки и отдушин в черный….
Повисает странная пауза, она длится вечность.
- Какие дверки!?
- Какие, какие, чугунные!
Пауза повисает снова.
- Когда приедешь?

Август 2006

В Москве стоит аномальная жара. Асфальт плавится, ноги прилипают к асфальту.
Наступает пора утиной охоты. Петрович звонит раз в полчаса, предлагая те или иные формы проведения досуга, связанного с данным видом деятельности, результата нет и нет.
- Юр, поедем в Скнятино, там уж хоть не добудем ничего, так хоть постреляем всласть, патрончиков сожжём вдоволь, на берегу посидим…
- Да, - отвечаю ему, - только Другу позвоню, хоть и не охотник он.
Петрович настоящий, именно настоящий человек из постсоветского пространства, единственный кто в состоянии оценить ситуацию бытия, заслуженный летчик и тот с кем можно говорить и говорить, слушать и слушать. Валерий Петрович – он не просто чел из ниоткуда, он учитель, ставящий себя наравне с тем, с кем считает нужным, а значит далеко не со всеми. Его повести, прослушанные мной у костра, примуса, в строительном вагончике, в надувном катере под проливным дождем, да везде где угодно, возвращают в эпоху беззаботного детства, непринужденности и беззаботности – в эпоху светлого, безвременно ушедшую от нас…. Но обещавшую вернуться.
Время стоит безмятежное.
Итак, дата назначена, скарб укомплектован, осталось только повернуть ключ зажигания, и вперед.
Звоню Другу.
- Что делаешь?
- Да так, ожидаю нового паспорта заграничного, – отвечает он.
- Ну, так я заеду к Тебе завтра, часов в десять?
- Н-е-е-е! В десять я ещё сплю, давай минут десять одиннадцатого…
- Давай, - недоумевая, отвечаю.
- А чё делать будем!? – спрашивает.
- Увидишь.
Знаю, Друг давно не бывал в средней полосе России, соскучился, поди, по русским просторам, поэтому молчу до самого последнего момента.
- Собирайся, едем на охоту.
- Ты чё, я отроду комара не обидел, а ты – на охоту!
- Да нет, просто пива попьём, покурим…
- А! Ну тогда поехали, правда, у меня нет ничего, ну в смысле из обмундирования.
- Да есть Всё - я позаботился. Правда придется заехать по дороге в супермаркет.

Последний изобиловал кучей товаров повседневного спроса, массой народа, не имеющего ни малейшего отношения к нашему путешествию. Полки ломились всевозможными явствами, короче тут было всё необходимое пока не уставшим и полным сил охотникам.
Багажник забит до отказа, даже рессоры, как-то жалобно прогнулись, представив себе долгий путь и не менее долгое напряжение, предполагающее изнурительный труд и серьезную нагрузку.
- Юр! Я хоть и не употребляю, но надо, всё ж, было взять портвейна 777! Уж очень охота вспомнить детство босоногое на районе, говорят, его опять разливают?
- Не ведал, – отвечаю, – уж лет, наверное, двадцать с лишним. Если получится, попробуем по дороге купить, а если нет, так в Скнятине возьмем бутылку, там точно есть.
- Слушай! У меня ведь сапог резиновых нет!
- Щас купим! Заедем на колхозный рынок в Клязьме, это по пути.
Клязьминский колхозный рынок, в прошлом, а ныне «Рынок садовода», аналогично ранее посещенному супермаркету, встретил нас массой аграрного инструмента, саженцев, рассады, семян, и прочих предложений, стремящихся опустошить или ополовинить карман досужих обывателей, держащих путь из городских квартир к любимым сердцу загородным домикам на шести сотках, коттеджам и просто дворцам нуворишей.
Через пять минут пребывания, нами «вырубаются», то есть покупаются, самые лучшие, самые стильные сапоги черного цвета (технодайверам другой цвет безразличен) стоимостью, несопоставимой с вечностью - 150 рублей.
Ну вот, теперь полный комплект.
Дорога оказалась, на редкость несвободной, и мы, веселясь от мысли достижения поставленной цели, и удачно купленных сапог, продолжили путь.
Матерь Божья! Как же хороши российские просторы! Овраги, перелески, лощины, речушки, помойки…
Ну, всё равно отлично!
Подобным, Друга я до сих пор не видел, он был совершенно счастлив, то попивал пиво, то смотрел в окно, разглядывая окрестности. Вопросы к нему, периодически возникавшие в моём сознании, проходили через некий фильтр, и оставались незаданными по причине своей приземленности - ну типа, «ну как тебе?».
В данном месте и времени, они были совершенно лишними.
Мы ехали молча, лишь изредка останавливаясь «привязать коня», и свернуть самокрутку.
Дорога петляет, то спускаясь вниз, то поднимаясь вверх.

Скнятинское охотничье хозяйство для меня особенно памятно, помнится, лет тридцать тому назад, сказала нам классная руководительница, преподаватель зоологии: «Ребята! Собирайте рюкзаки, поедем в биологическую экспедицию, на десять дней, будем жить в деревянных домиках, есть макароны с тушенкой, чистить зубы у родника». Данное предложение было воспринято всеми неоднозначно, но костяк класса был решительно «За».
Ребята разбились на группы, каждая из которых имела определенную зону ответственности, кто-то закупал продукты, кто-то готовил дидактический материал, а именно дневники путешественников и практические исследовательские планы. Некоторые проверяли палатки, необходимые для однодневных выездов.
Супруг Галины Николаевны, имя которого вспомнить сложно за давностью лет - директор охотничьего хозяйства. В общем, все дети, то есть мы, остались довольны.

На берегу у вагончиков нас встречает уставший от дождей и одиночества Петрович, по всему видно, он доволен фактом окончания своего временного соло-пребывания, далее грядет дружеский ужин.
- Ведь завтра ж на охоту!
Принц как заправский обитатель Пустыни, сразу берет инициативу в свои сильные руки.
- Я, пожалуй, сделаю салат из овощей.
Через минуту в миске из нержавейки появляются помидоры с огурцами, нарубленные академично ровными кубиками.
- Помню, - отпускаю реплику - такие овощи мы с треском за ушами, не раз и не два, уплетали сидя на ветру, в Рас Мамлахе, в Набке…
Принц в ответ удовлетворенно молчал.
- Юр, у меня куртки нет, забыл впопыхах, ты, как обычно торопил, вот я и забыл.
Я молча направляюсь к багажнику, с видом глубоко удовлетворенного человека, открываю его, Принц недоумевает. Дверца открыта, в недрах, на ощупь, отыскиваю военную куртку, цвета оливы, аналогичную одетой на мне.
- М65! Как тебе?
- Класс! - резюмирует Принц - Правда, размер не мой.
- Х-ня! - отвечаю, с видом бывалого знатока, знаю, Друг любит military.
Угли постепенно набирают силу, с шампуров начинает капать, расплавленное свиное сало, в воздухе устанавливается дух удовольствия и непонятного спокойствия.
Как ни странно, с нашим приездом погода меняет курс с резко плохой на условно хорошую, поэтому есть возможность комфортно посидеть за деревянным столиком прямо у кромки воды.
Водка разлита по железным стаканчикам, самое время предаться воспоминаниям, можно даже говорить, жуя, периодически попадая непрожеванной едой в собеседника, на это никто не обижается, хотя в городе в соответствующем обществе это крайне неуместно. Как это ни странно, в тот вечер наше общение не скатилось к банальным воспоминаниям, как было трудно утром в прилив плестись со стейджами по продырявленному рифу Абу Талки, как чуть не был разбит дорогостоящий «Хейдельберг», призванный светить всегда и везде (да простят меня знатоки технодайвинга, ни разу не пользовал сей девайс, поэтому могу допускать ошибки), как не догрузились немного…
- Лунь, помнишь, как мы нереально «жгли» у Оли на дне рождения в «Огороде», какая была холодрыга и метель в тот день.
- Да помню, отвечаю, у меня тогда ещё шапку и сумку, добрые люди приватизировали.
- Что так и не вернули?
Шапка была старая из цигейки, ничего не стоила, но было неприятно расстаться с привычной вещью.
- Не, не вернули, на следующий день приехал, не вернули.
Петрович, разомлев, начал привычное повествование про Магадан, куда был распределен после окончания Рижского института Гражданской авиации, миллион лет назад, про залив Креста, про охоту в тех местах. Рассказы были интересные, известные мне, но совершенно новые для Друга.
Глядя в сумерки, стало морить в сон, но горячо любимый мной Петрович, не думал заканчивать, благо Друг оказался прилежным слушателем, и не из вежливости к возрасту Петровича, а из неумолимого интереса к рассказчику.
В ту ночь я заснул «как убитый», и сразу куда-то улетел, заранее предоставив верхнее место Принцу.

Утро выдалось обжигающим, солнце, не успев подняться, дало понять, что, как и вчера, не намерено шутить с кожными покровами «уставших» дайверов, легкий завтрак, шорты и анализ газов.
- Привет Принц!
- Привет.
- Что, сегодня по плану?
- Как обычно, по плану, спешки нет…

Было так…

« Пред.   След. »


При полном или частичном использовании материалов ссылка на xsite-dahab.du обязательна.
xsite-dahab.ru © 2004-2011